Общество

«Аргументы недели» публикуют новый отрывок из авантюрного романа Андрея Угланова «Пробуждение троянского мустанга»

«Аргументы не­дели» публикуют очередной отрывок из авантюрного романа Андрея УГЛАНОВА «Пробуждение троянского мустанга». Предыдущий отрывок можно прочитать в «АН» №45. Если хотите узнать, как развивались события дальше, – приобретайте книгу и смотрите сериал на YouTube-канале #­ЗАУГЛОМ.
А пока напомним, что в предыдущих главах спецслужбы двух стран – КГБ СССР и ЦРУ США в начале 70-­х годов прошлого века начинают тайную операцию по перестройке своих политических систем. Юрий Андропов выбирает своим орудием Михаила Горбачёва. В США – это молодой перспективный политик Трамп. В КГБ придумали, как сделать их родственниками через сироту Андрея Разина, чей дед и дед американца были родными братьями – немцами, один из которых погиб в 1943 году в Крыму, а другой – эмигрировал в Америку. Но сирота и миллиардер об этом ничего не знают. Чтобы родство Трампа и Горбачёва состоялось, сменщик Андропова в КГБ Виктор Чебриков принимает идею участника операции – Олега Калугина поженить Андрея и дочь Горбачёва Ирину. Калугин находит в архивах спецслужбы ГДР Штази документальное подтверждение того, что Андрей Разин – внук погибшего в Крыму гитлеровского офицера Трумпа, родственника американца Трампа.
В предлагаемом отрывке действие происходит в Москве в ресторане «Савой».
Напоминаем, что все события, имена и названия полностью вымышлены. Действие романа «Пробуждение троянского мустанга» происходит в других галактиках или в параллельной реальности.

С самого начала года после длинных пьяных каникул аппарат правительства Виктора Черномырдина и руководство Лубянки стояли на ушах. Первого июля английская колония Гонконг возвращалась Китаю. Истекал девяностодевятилетний срок аренды этой территории британцами. В российском МИДе и аппарате президента перепугались, что возврат Гонконга Китаю может вновь разжечь территориальные претензии китайцев к Москве. На всякий случай решили внимательно следить за китайцами. А Ельцин уговорил китайского лидера Цзян Цзэминя принять в дни церемонии делегацию России с председателем правительства Виктором Черномырдиным, или, как его называли для краткости, – ЧВС.

Ельцину это далось нелегко. Китайцы в эти дни не пускали в страну вообще никого, кроме британцев – без них церемония была бы неполной. В Пекине опасались массовых протестов жителей Гонконга, которые теряли не только британское гражданство. Но из каких-то своих соображений пустить Черномырдина согласились. Условие – тот не должен был ехать на церемонию, а лишь посетить соседнюю с Гонконгом территорию – Шэньчжэнь. Оттуда через Пекин на стройку крупнейшей в мире гидроплотины «Три ущелья» на реке Янцзы, в провинции Хубэй. Последняя остановка в Пекине – и восвояси.

Подготовка визита шла полным ходом не только в Доме правительства. На Лубянке рылись в своих архивах, изучали историю «игры территориями» между Российской империей, позднее СССР – и Китаем. Здесь сплошной тёмный лес, в котором мин замедленного действия, намного опаснее Гонконга, было «по самое не могу».

Директор ФСБ Сергей Степашин, занимавший по традиции тот же кабинет, что и все его предшественники, начиная с Андропова, был полностью посвящён в многолетнюю игру спецслужб СССР и России с Соединёнными Штатами. Искренне верил, что мечта Андропова о формировании правящих мировых «элит с человеческим лицом» нашла понимание у руководителей ЦРУ. Результат операции был хорошо известен. За двадцать пять лет у КГБ и ЦРУ получилось переделать только СССР. Соединённые Штаты стояли на очереди вторыми. Сигнала о прекращении операции со стороны американцев пока не поступало.

По сравнению со своими предшественниками российский руководитель Лубянки считался человеком продвинутым. Любил театр, компьютеры, дружил с Аллой Пугачёвой. При этом оставался совершенно прагматичным человеком. Понятно – хотел увидеть американскую перестройку, как было написано в «пророчестве Андропова», но в стимулирующие её начало потусторонние силы не верил. Была лишь одна причина скрывать свой материализм – «голубой конверт» Юрия Владимировича Андропова. Он передавался из рук в руки всем вновь назначенным председателям сначала КГБ СССР, а после развала Союза – председателям ФСБ. В приказном порядке в нём был изложен план действий, разработанный им четверть века назад по модернизации СССР и советскому влиянию на США.

Степашин считал план бредом сумасшедшего. Но все, кто знал о «голубом конверте», считали его «крестом», который обязаны нести все посвящённые. Говорили, что Андропов видел будущее. С каждым годом поддерживать эту красивую сказку было труднее, поскольку Россия и США всё больше вели себя как враги.

Для поддержания «Плана Андропова» в рабочем состоянии Сергей Вадимович частенько встречался с бывшим председателем КГБ СССР, ныне пенсионером Владимиром Крючковым и совсем «отморозившимся» за последние годы генералом Олегом Калугиным. После горбачёвской опалы и обвинений в измене родине ставший президентом Борис Ельцин восстановил его в звании и вернул награды. Зная о настоящей роли Калугина в андроповском плане, Степашин сделал его своим советником. Раз в полгода он назначал жертву для провала среди агентуры СВР в Америке, чтобы своими шифровками Калугин поддерживал реноме старейшего «крота» в высшем руководстве советских и российских спецслужб.

Оба – Крючков и Калугин – начинали работать в органах ещё с Андроповым, им и думать, как поддерживать едва теплящуюся жизнь в «Плане Андропова». На этот раз он назначил встречу в ресторане «Савой». Заведение работало без выходных и перерывов, в ста метрах от периметра Лубянки. Договорились на вечер 3 мая.

Ещё с 1931 года ресторан «Савой» принадлежал государственному объединению «Отель». Чекисты взяли его под своё крыло вместе с находящейся в этом же здании гостиницей, чтобы контролировать селившихся здесь иностранцев. Традиция сохранилась. Во всяком случае, если руководству «конторы» надо было с кем-то встретиться на стороне без опаски быть подслушанным, всегда выбирали «Савой». Перешёл дорогу, и ты на месте. Руководство ресторана знало такую привязанность чекистов к ресторану и старалось оправдать доверие. Референт Степашина заказал банкетный зал «Альпийская роза», в котором можно было уединиться от остальных посетителей.

Сергей Вадимович пешочком и налегке вошёл в «Савой» со стороны Рождественки. У входа ждал метрдотель в чёрном фраке и белой сорочке с бабочкой. Он проводил директора в кабинет. Крючков и Калугин уже были на месте, сидели за столом по разные стороны, напротив друг друга, изучали меню.

– Здравствуйте, товарищи генералы! – приветствовал их Степашин и, не предложив им пожать руки, сел во главе стола, как на совещании.

– Здравия желаем, товарищ директор Федеральной службы безопасности! – неожиданно слаженно, словно курсанты на Параде Победы, ответили хранители «пророчества».

– Давайте сразу к делу. Я буду виски, Олег тоже – я его привычки знаю. Вы, Владимир Александрович? – Он вопросительно посмотрел на Крючкова.

– Мне чаю с вишнёвым вареньем, – ответил Крючков.

– Это на потом, – поправил его Степашин и слегка ударил столовым ножичком по хрустальному фужеру. Тут же появился официант. Чёрные брюки, тёмно-красная жилетка на белой рубахе и традиционная бабочка.

– Как зовут? – спросил его Степашин.

– Михаил, – ответил тот.

Калугину голос показался знакомым. Он поднял глаза и узнал в официанте Мишу, повара из советского посольства в Восточном Берлине. Тот ни единым жестом или взглядом не показал, что помнит Калугина.

– Что будем заказывать? – спросил Михаил у Степашина.

– Три виски, без льда. Лучше – сразу бутылку «Макаллан». Второе – включи телевизор, настрой на трансляцию «Евровидения» по ОРТ. Пока управимся закусками, а там видно будет.

Официант как-то по-военному, коротко и чётко, кивнул генералу Степашину. Затем взял с сервировочного столика телевизионный пульт и включил большой чёрный телевизор Bang&Olufsen, стоявший здесь же, в кабинете у стены на дорогой инкрустированной подставке. Трансляция из ирландского Дублина, с конкурса «Евровидения», уже началась.

– Сейчас разогреемся вискарём и будем болеть за Аллочку, – Степашин сказал это нарочито громко, будто предупреждал возможных «слухачей», что разговор будет «ни о чём».

– Что за Аллочка? – поинтересовался Крючков.

– Отстали вы от жизни, Владимир Александрович! – Степашин укоризненно покачал головой. – Сегодня финал «Евровидения». От нас выступает Алла Пугачёва. Мы и собрались-то здесь за неё поболеть.

– Пугачёва, говорите? – Калугин с улыбкой посмотрел на Степашина. – Тогда и сирота рядом должен быть. Куда конь с копытом, туда и рак с клешнёй!

В кабинет вернулся официант Михаил. На согнутой правой руке с растопыренными пальцами он нёс серебряный поднос. На уровне головы торчали бутылка виски и три увесистых стакана с налитой чуть выше дна светло-жёлтой жидкостью. Михаил поставил всё это на сервировочный столик, затем разнёс стаканы гостям.

Уважаемые читатели романа «Пробуждение троянского мустанга»! Вы можете посмотреть первые десять серий первого сезона сериала, снятого автором романа Андреем Углановым.
Для этого нужно: 
1. Включить компьютер.

2. Вбить в поисковом окне YouTube: «Пробуждение троянского мустанга».
Исполнитель главной роли, музыкальный и литературный редактор – главред еженедельника «Аргументы недели». Счастливого просмотра!

Добавьте АН в свои источники, чтобы не пропустить важные события — Яндекс Новости

Источник

Теги

Похожие статьи

Кнопка «Наверх»
Закрыть
Закрыть