История

Как президент СССР Дальний Восток раздаривал

Как президент СССР Дальний Восток раздаривал

В мировой геополитике нет ничего вечного: особенно актуально это предположение и в отношении слова «дружба». В геополитике принято дружить не «с кем-то», но скорее – «против кого-то». Примером сказанному могут служить многолетние непростые отношения почившего в истории СССР и его ближайшего дальневосточного социалистического соседа – Китая.

Русский с китайцем – братья навек?

Идеологический смысл этого активно распеваемого в СССР в конце 50-х годов агиткуплета менялся также часто, как хамелеон меняет в индокитайских джунглях свою окраску.

Разладу в отношениях «братьев навек» положил ХХ съезд КПСС, где Никита Хрущев ошарашил всех громкими разоблачениями культа личности Сталина, умолчав, естественно, о своем, более чем активном участии в преступлениях того периода. Вообще, многие историки до сих пор склонны считать, что и сам помпезный ХХ съезд Никита Сергеевич затеял не «истины ради», но скорее – «вопреки неё», пытаясь таким образом взвалить на вчерашнего «вождя народов» всю ответственность за миллионы сгинувших в лагерях людей и спрятаться за этими цифрами самому. То, что эхо съезда ударной волной шарахнет по многим странам, где «не без помощи» СССР был насажден и поддерживался коммунистический режим, во внимание принято не было. И напрасно. Хотя бы потому, что в том списке Китай был второй после Советского союза на планете страной с жесткой коммунистической идеологией и абсолютной в неё верой. Руководство Китая, во главе с Мао Цзэдуном посчитало речь Хрущева личным оскорблением, а решение ХХ съезда – предательством высоких идей. Ко всему прочему, Никита Хрущев в 1959 году своим волюнтаристским решением прекратил поддержку Китая и в развитии их собственной ядерной программы, что утвердило вчерашних «братьев навек» в мысли о том, что СССР просто оставил еще не окрепшую КНР в противостоянии с ядерными США в одиночестве. В общем, «ящик Пандоры» был открыт…

Дружба в кисло-сладком соусе

Хрущев, привыкший строить отношения по принципу «есть два мнения: одно мое, другое – неправильное» конфликту должного внимания не придал, хотя Алексей Косыгин и Андрей Громыко деликатно пытались его убедить «сбавить обороты». Китайцы же, убедившись в том, что СССР лишил их мировой роли «младшего брата», эти обороты начал наращивать. (Когда в 1964 году Хрущева снимали с должности, то в числе прочих обвинений ему припомнили и недальновидность в международных делах).

В октябре 1964 года на полигоне Лоб-Нор Китай произвел испытательный взрыв своей созданной самостоятельно атомной бомбы мощностью 22 килотонны. Этим взрывом коммунистический режим КНР «убил» несколько зайцев: дал понять США, что отныне их ядерным пальцем Китаю грозить не стоит, СССР – что про их недавнюю роль «младшего брата» советские лидеры теперь могут забыть, а всему миру сообщил о том, что в «ядерном клубе» планеты отныне появился еще один непростой игрок.

Тем не менее, несмотря на явные политические расхождения, и Китай, и СССР понимали, что и географическая близость двух стран, и их, в общем-то, единая по сути социалистическая идеология не позволяют рвать былые отношения полностью, которые дипломаты и политики изо всех сил старались сохранить хотя бы в новых рамках. Но, как говорится «человек предполагает, а Бог располагает»…

На 47-й юбилей годовщины октябрьской революции в Москву приехала официальная делегация КНР во главе с премьер-министром Чжоу Эньлаем. Очевидно, членство в «ядерном клубе» придало китайским вождям большей свободы в переговорах с некогда «старшим братом» и Чжоу Эньлай сразу потребовал от СССР …отменить решения ХХ съезда, а заодно пересмотреть и всю программу КПСС, приблизив её к китайской. По сути СССР было предложено идти к коммунизму чуть ли не по цитатнику Мао Цзэдуна, который в то время уже был официальной настольной книгой каждого китайца. Это было слишком.

Но ситуацию ещё можно было бы сгладить и переговоры продолжить, если на последовавшем банкете прилично «загрузившийся» министр обороны СССР маршал Малиновский не обратился бы к китайскому премьеру с собственным идеологически «нефильтрованным» спичем: «Мы свое дело сделали и выбросили свою старую галошу – Хрущева. Теперь и вы вышвыривайте свою старую галошу – Мао…»

«Старая галоша» — это было самым любимым ругательным сравнением недавно снятого Хрущева по отношению к Мао Цзэдуну, о чем Чжоу Эньлай конечно знал и посчитал слова пьяного Малиновского оскорбительными и для себя лично. После безуспешных попыток более трезвых советских чиновников сгладить ситуацию, китайская делегация покинула мероприятие и улетела в Пекин. Свидетелем некрасивой сцены был американский посол в СССР Фой Дэвид Колер, который не смог сдержать радостной улыбки (ещё бы: ведь одной из главных задач США было любым способом окончательно рассорить СССР и Китай – авт.), а тут такая удача: на стороне США невольно сыграл сам министр обороны СССР! Донесение в Белый дом обещало быть бравурным и торжественным…

О чём крякала «утка – по пекински»?

Скорее всего, Чжоу Эньлай, докладывая Мао Цзэдуну о результатах провального визита, существенно сгустил краски, что взбесило «великого кормчего». СССР отныне был окончательно занесен в списки идеологических врагов КНР. Сказано – сделано!

Мгновенно уловившие настрой партии китайские СМИ и китайские дипломаты затрубили о т.н. провокациях СССР по отношению к Китаю. Лично министр иностранных дел КНР Чень И, будучи в Индонезии, провел пресс-конференцию, где рассказал страшилку-фэнтэзи о том, что якобы тысячи голодных советских людей хотят перейти китайскую границу с просьбой к китайским властям … спасти их от голодной смерти! Выступление китайского министра вызвало деликатное замешательство даже у американских дипломатов: всем было хорошо известно, что от голода пухнут лишь миллионы простых китайцев. Да и просто физически перейти советско-китайскую границу не смог бы ни один гражданин СССР: со времен конфликтов на КВЖД этот участок советской границы был наиболее закрытым и охраняемым.

Возбудившиеся китайские СМИ главной темой своих публикаций сделали тихо тлевший спор о возврате советских Курильских островов Японии, заняв при этом естественно, сторону Токио. Конфликт усиливался.

Понимая, что пускать ситуацию далее на самотек недопустимо, Алексей Косыгин предложил Брежневу встретиться с Мао Цзэдуном и обсудить ситуацию. Но Брежнев, не любивший конфликтов, велел лететь в Пекин… самому Косыгину. Вместе с ним в КНР вылетел и Юрий Андропов.

11 февраля 1965 года между советскими высокопоставленными чиновниками и Мао Цзэдуном состоялись непростые двухчасовые переговоры, которые, увы, ни к чему не привели: Мао продолжал настаивать на вредности для всего социализма выводов ХХ съезда КПСС. При этом китайский лидер упоминал экс-главу СССР Хрущева, ни разу не назвав фамилию Брежнева. Косыгин и Андропов обоснованно сочли, что Мао и китайское руководство вообще не считают нынешнего генсека КПСС за достойного и тем более, равного себе государственного деятеля. Ко всему прочему, провалились и советские предложения по ряду военных международных позиций между двумя странами. Переговоры зашли в тупик. Думается, мудрый и сдержанный Косыгин не раз про себя помянул недобрым словом министра Малиновского. А может и не только про себя…

Как палочки для риса превратились в боевые дубины?

Несмотря на провал, советское руководство не теряло надежду отношения все же реанимировать. Так, в 1966 году СССР пригласил китайскую делегацию на ХХIII съезд КПСС: дескать, приезжайте, поговорим, подумаем… Китай ответил грубым отказом. Ситуацию подогрели и ангажированные китайские СМИ, голословно постоянно обвиняя советское руководство в нежелании видеть КНР равноправным партнером, что было явной неправдой. Примерно такую же политику в отношении России применяет сейчас и «коллективный Запад». К Китаю, кстати, они тоже применяют те же самые методы.

Тем временем в Пекине провозгласили т.н. «культурную революцию», которая отбросила уже ядерную страну куда-то в средневековье. Начались гонения на всех, кто не только говорил, но и мыслил лояльно по отношению к СССР. Новая воинствующая прослойка, названная «хунвэйбинами» вооружилась не только идеями или цитатниками МАО,  они брались за оружие пролетариата – булыжники.

26 января 1966 года тысячи хунвэйбинов окружили советское посольство в Пекине и забросали его камнями, истерично требовали публичной казни (!) для Брежнева и Косыгина, через советско-китайскую границу контрабандными тропами, оставшимися еще со времен браконьеров — хунхузов в СССР завозились тысячи пропагандистских брошюр на русском языке, вовсю голосило «Радио Пекина» и т.д. Характерно, но при этом оставался действенным дипломатическим документом подписанный еще в 1950 году «договор о дружбе, союзе и взаимной помощи между СССР и Китаем» (Примерно тот же эксперимент проводит сегодня и Киев с т.н. «Минскими соглашениями» — авт.)

Вообще, останься тот конфликт лишь на уровне всекитайской идеологической истории, то скорее всего со временем он, выпустив пар, тихо сошел бы на «нет». Несмотря даже на явную заинтересованность в такой ситуации США. Но Китай… перешагивает т.н. «красную линию», прошедшую в марте 1969 года через советский остров Доманский. Кусочек земли площадью всего 0,74 км² на реке Уссу́ри не представлял никакого промышленного или сельскохозяйственнoго значений, тем не менее стал чуть ли не запалом третьей мировой войны.

2 марта 1969 г. большая группа вооруженных отнюдь не пролетарскими булыжниками, но вполне себе огнестрельным оружием (китайские копии советских автоматов АК-47 и пистолетов ТТ) хунвэйбинов и действующих солдат китайской армии вторглись на советскую территорию. Официальная причина вторжения, озвученная КНР: решение вернуть в собственность Китая якобы их законный остров. Им противостояла группа советских пограничников из тридцати человек во главе со старшим лейтенантом Иваном Стрельниковым.

В 10-45 Стрельников заявил протест китайским нарушителям и потребовал покинуть советскую территорию. В ответ раздались автоматные очереди. Иван Стрельников и семеро его бойцов погибли на месте. (Тела уже погибших пограничников затем сильно изуродовали штыками находившиеся под действием алкоголя и наркотиков китайцы – авт.). Всего в боях за Доманский погибли 57 советских солдат …

Тем не менее осторожный Брежнев, в отличие от импульсивного Хрущева (который без сомнения втянул бы Советский Союз в масштабные военные действия, захвативших бы и весь Дальний Восток с Японией, Кореей и т.д.) в 1971 г. направил в Пекин новый договор о взаимном ненападении, но… «Великий кормчий» не только не ответил на советскую инициативу, но начал активное дипломатическое сближение с США, которые по существующей и ныне традиции взвалили на себя роль не только международного жандарма, но и транснационального провокатора: побывавший в 1972 г. в Пекине Ричард Никсон всяко хвалил своего собеседника Мао за его твердую антисоветскую позицию. Китайский лидер хитро щурился и, возможно, уже тогда прикидывал – когда и как Китай будет ставить на экономические колени сами США, что весь мир наблюдает сегодня.

Начал с Доманского, закончил СССР…

Созданная спецкомиссия КГБ СССР установила, что нападение китайцев не было спонтанным, но хорошо подготовленным терактом.

На месте боев обнаружили хорошо замаскированные наблюдательные позиции китайцев – т.н. «лёжки». Там же были найдены и маскхалаты цвета тающего снега и… много-много пустых бутылок из-под китайского самогона «ханжи»: какая же провокация без водки?

После той бойни вылазки Китая на советскую территорию не только не ослабли, но и продолжались. Советские дипломаты неудачно искали пути сближения до тех пор, пока в 1991 г. «миротворец» Горбачев не подписал с Китаем договор о …передаче острова Доманский под полную юрисдикцию Китая. (Читай – подарил – авт.)

Теперь на острове Доманский, политом кровью советских солдат и сразу переименованном китайскими властями в Драгоценный, присягу принимают китайские пограничники! А всего по позорному горбачевскому договору 1991 г. Россия подарила Китаю более 500 (!) островов на Амуре и Уссу́ри. В том же 1991 г. исчез не без помощи того же Михаила Сергеевича с мировых карт и Советский Союз.

За что кровь проливали, ваше превосходительство г-н Горбачев?

P.S.

Сегодня отношения России и Китая стабильны и динамичны. Лидеры двух стран часто встречаются на всевозможных саммитах и форумах, также прочны взаимные деловые отношения руководителей обоих парламентов и правительств.

Америка, долго пытавшаяся (и, увы, пытающаяся) напрочь рассорить две соседские империи, терпит явное поражение: экономика КНР по своей динамике явно опережает экономику США, запутавшихся в неэффективных санкциях, целованиях ботинок чернокожим американцам, маниакальному поклонению ЛГБТ и прочих явных отклонениях, интересных лишь профессиональным психиатрам.

В общем, всё как гласит известная восточная поговорка: «Собака лает, а караван идет». Ну и счастливого ему пути!

Источник: argumenti.ru

Похожие статьи

Кнопка «Наверх»
Закрыть
Закрыть